Технодоктрина возродит традиции русских инженеров

На фоне новых геополитических вызовов технологическое развитие России  выходит на первый план и становится приоритетной задачей. Именно оно создает основу для конкурентоспособности экономики, защиты национальных интересов.
Молодые инженеры, конструкторы, специалисты научно-технической сферы осознают  необходимость такого развития. Новое инженерное поколение готово стать той частью общества, которая  вложит свои знания и стремления в создание Доктрины технологического развития страны и обеспечит ее реализацию.
Стартующий в начале ноября проект «Технодоктрина» нацелен на содействие разработке доктрины как национальной системы инженерного дела России. О важности возрождения подобной системы мы беседуем с заместителем председателя коллегии Военно-промышленной комиссии Российской Федерации Олегом Бочкаревым. 

– Олег Иванович, расскажите, как появилась сама идея проекта «Технодоктрина», в чем, на Ваш взгляд, уникальность этого проекта?

– В настоящее время в нашем обществе и в профессиональной среде «технарей» наступила фаза восстановления справедливого отношения к профессии инженера. Сразу отмечу, что эта проблема вышла на повестку дня не сегодня, ведь без серьезной инженерной работы, грамотного и патриотически-активного сословия инженеров страна не сможет решить задачи, которые поставлены президентом России.

А это не только создание современных образцов вооружения и военной техники, но и индустриализация страны в целом на современном этапе. Поэтому государственное развитие, создание современной промышленности без инженеров невозможно.

Мы потеряли много времени в период либерально-капиталистического курса 90-х годов, считая, что рынок всё отрегулирует. За эти годы общество было серьезно дезориентировано, было потеряно целое поколение специалистов во всех отраслях, в том числе и инженеров. Мы потеряли российскую школу подготовки уникальных инженерных кадров, и сегодня эти пробелы сдерживают наше развитие. 

Но последние три – пять лет государство активно занимается тем, чтобы переломить этот негативный тренд.

Разрабатывая Доктрину технологического развития страны, мы решаем  сразу несколько задач, поставленных  майскими указами президента России. (Президент России в указах от 7 мая 2012 года и посланиях Федеральному Собранию 2012, 2013 годов обращал внимание на необходимость новой индустриализации страны. – Прим. ред.).

Первое направление – подготовка кадров, второе и третье – это решение социальных и жилищных вопросов для специалистов, которые работают в ОПК. Эти основные направления, по общему замыслу, должны изменить сложившуюся ситуацию.

Если говорить об образовательном аспекте, важно отметить возросшее на 15% количество абитуриентов, которые выбирают инженерные специальности.

Сегодня потребность государства в специалистах для ОПК составляет порядка 12–15 тыс. инженеров в год. Программы, подготовленные Министерством образования и поддержанные Минпромторгом, Роскосмосом, Росатомом, дают свой положительный эффект.

В решении социальных вопросов также можно говорить о положительных сдвигах. В ОПК запущена программа выплаты стипендий для молодых инженеров, которые имеют шанс по итогам своей работы получать дополнительное вознаграждение за отличный результат. Стипендии составляют от 350 до 500 тыс. рублей в год. Понятно, что выделенное финансирование не может охватить всех молодых инженеров, но оно и рассчитано на «лучших из лучших».

Третье направление – это жилищная политика. В этой сфере сегодня изменилось законодательство. Теперь работники ОПК могут создавать жилищно-строительный кооператив. Это позволяет передавать бесплатно в распоряжение кооперативов земельные участки под строительство жилья и гарантирует снижение стоимости квадратного метра жилья на 20–25%. Таким видится  комплекс стратегических мер, которые нацелены на изменение качества жизни инженеров.

Возвращаясь к основной теме нашей беседы – форуму «Технодоктрина», отмечу, что проект нацелен показать готовность молодого поколения решать важные государственные задачи в области модернизации промышленности. Эта инициатива идет от самой молодежи. Отрадно, что она откликнулась на призыв государства, на призыв ОПК. У молодежи есть четкое понимание того, что важно не просто овладеть инженерной специальностью, а возродить российское инженерное наследие, вывести его на современный международный уровень. Молодежь хочет сказать свое слово в истории.

– Иными словами, эпоха массового похода в менеджеры заканчивается?

– Отнюдь, организаторы и управленцы занимают свою нишу, эта профессия не менее важна. Но нельзя профессию менеджера подменять профессией инженера, до недавнего времени  считалось, что управленец способен заменить любого специалиста.

Подготовка инженеров – это стратегическая задача, которая принесет отдачу не сегодня и даже не завтра. Реализация этого проекта даст эффект через 5–10 лет, когда заработают те проекты, которые создаст молодой инженер, а он сам станет большим специалистом в своей профессии.

Сегодня молодежь, приходя на рынок труда с профессией инженера, настроена на  реализацию профессиональных амбиций, на работу в мегапроектах, хочет участвовать в самых важных вопросах развития промышленности.

Уникальность проекта «Технодоктрина» состоит в том, что молодежь сама для себя создает дискуссионную профессиональную площадку, это не команда сверху от чиновников. Ребята самостоятельно пришли к осознанию объединиться и, объединившись, встроиться  в важнейшие государственные проекты.

Напомню, что сегодня в стране уже существует целый ряд молодежных проектов, которые координируются  в соответствии с той или иной задачей, но в Технодоктрине совсем иная ситуация. Самостоятельная инициатива молодых инженеров проекта нам, как экспертам, не менее интересна. ОПК за проектом  наблюдает: мы не вмешиваемся и не подменяем их начинания своими инициативами.

Для развития и движения вперед, для создания новейших инновационных разработок, новых инженерных решений важно, чтобы ребята самостоятельно  разрабатывали стратегии развития и самостоятельно их реализовывали.

– Находясь с ними рядом, наблюдая, что готово молодым инженерам предложить экспертное сообщество, в частности ОПК?

– Наша цель – направить их максимализм в правильное русло, акцентировать их внимание на точках роста.

И, что не менее важно, привить им преемственность российских инженерных традиций, преемственность поколений – то, на чем всегда Россия и держалась.

Ведь не просто появился новый термин Технокомсомол. Ребята очень долго искали название  своему проекту,  как идеологии объединения. Именно из советского наследия и было взято это понятие.

Сегодня сила российского общества состоит в единении. Мы, в отличие от американского общества, не делаем ставку на индивидуализм. Индивидуализм – это персональная личностная конкуренция, которая никак не объединяет общество в решении гражданских задач. Россия – в своих традициях,  истории, в созидании – сильна именно в единении.

– Выставка «Оборонэкспо» показала, что крупнейшие российские корпорации в ОПК не только лидеры на мировом рынке. Они смогли сохранить свои институты подготовки инженерных кадров. Но зачастую подобная практика остается внутри корпораций.  Будут ли подобные положительные практики рассматриваться на площадке Технодоктрины  для дальнейшего тиражирования в федеральных и региональных вузах?

– Безусловно, даже в рамках программы форума, который нам предложили ребята, предполагается выступление руководителей ведущих вузов и представителей оборонных предприятий. Эксперты ОПК будут пропагандировать положительные практики, о которых важно не только рассказывать, но которые необходимо тиражировать.

– Насколько реально привлекать бизнес, частные инжиниринговые центры в отрасль ОПК, или это закрытая для бизнеса территория?

– Структура малого и среднего бизнеса более мобильна, более креативна в решении задач.  Если говорить о частных предприятиях в инженерной сфере, то в этом сегменте  существует целый ряд интересных бизнес-проектов, достойных внимания. Но, как правило, они касаются в основном гражданского рынка, где меньше ограничений. 

А работа по военной тематике связана с допусками, с государственной тайной. Все эти факторы ограничивают бизнес.

Сфера оборонного госзаказа – это зона особой ответственности,  где цена ошибки высока.  В ОПК отпустить процессы только на рыночное регулирование невозможно. Если мы приняли разработку той или иной задачи, то здесь важно понимание, что проект отрабатывается профессиональной группой инженеров, которая обеспечивает и эксплуатацию, и авторский надзор, и дальнейшую модернизацию.

На наш взгляд, именно на платформе Технодоктрины стоит предложить молодежи выработать варианты взаимодействия ОПК с малым и средним бизнесом по решению тех или иных задач.

Говоря о развитии отрасли ОПК в целом, хочу сделать акцент на том, что важно двигаться вперед. Но при этом нельзя забывать свою историю и перечеркивать те положительные наработки, практики, которые были выработаны нашими же специалистами. Надо брать их на вооружение, а негативным практикам нужно дать правильную оценку, чтобы не ошибиться еще раз.

– Насколько оправдано встраивание в глобальные промышленные цепочки российских «оборонщиков» и с точки зрения экономики, и с точки зрения безопасности? Насколько эффективна глобальная промышленная кооперация в этой сфере?

– Россия должна производить оружие полностью самостоятельно и независимо от иностранных государств. Это очень тонкая материя: если ты зависим, то становишься уязвим, тебе начнут диктовать условия. Сегодня Россия уже столкнулась с такой ситуацией. Санкционный режим первый удар нанес по продукции для ОПК.

До этого момента Россия нормально интегрировалась в глобальные процессы. Мы системно развивали международное сотрудничество, в рамках которого реализовывались совместные проекты, в  том числе закупали и иностранное вооружение. Хотя российский ОПК мог самостоятельно его производить, но мы осознанно шли курсом интеграции в мировую экономику. К сожалению, сегодня  глобальные вызовы поменялись и взаимное доверие было заменено на санкционное эмбарго. В силу этого Россия должна очень аккуратно реализовывать стратегии и проекты в сфере ОПК.

Поэтому в рамках поручения президента в ОПК заявлена большая программа импортозамещения, которая в первую очередь направлена на то, чтобы исключить в производимых  российскими предприятиями изделиях импортные узлы, агрегаты. В отрасли ОПК за три – пять лет будет проделана огромная работа, тем самым  значительно  повышен уровень нашей самостоятельности и максимального исключения импортных узлов.

Безусловно, полностью все исключить невозможно. Россия интегрирована в мировую экономику и не должна отгораживаться от мирового сообщества.

Подчеркну, экспортный потенциал России мы не только сохраним, но и будем развивать. Эта та сфера, где Россия занимает лидирующие позиции на мировом рынке. Стоит отметить, что в экспортных поставках российские предприятия более спокойно допускают импортируемые комплектующие. Сегодня на фоне санкций  российская продукция двойного назначения, вооружение, поставляемое зарубежным заказчикам, под санкции не попадает. Здесь бизнес берет верх над политикой.

Возвращаясь к задачам по импортозамещению, сделаем экскурс в историю. Нам было неинтересно просто брать готовые узлы, как черный ящик, не понимая, как это все устроено и как это все работает. России были важны технологии. Поэтому, сотрудничая с иностранными партнерами, мы открыто говорили, что наши основные интересы – это технологическое сотрудничество. России важна локализация производства. Не все инвесторы с готовностью шли на локализацию, но мы системно продвигались в нужном направлении. Может быть, не так быстро, как нам хотелось, но Россия выстраивала с партнерами открытые и дружеские отношения, а стратегия наших партнеров была нацелена на то, чтобы Россия медленно, но постигала новейшие технологии.

Сегодня, освоив часть технологий, можно говорить об определенном прорыве в отдельных отстающих отраслях, что является крайне важным фактором дальнейшей модернизации. К слову сказать, Китай – лидер в заимствовании технологий, и это никого не смущает.

– До недавнего времени на Украине был размещен целый ряд промышленных циклов ОПК. Почему так получилось, что Россия так смело отдала на откуп целые промышленные блоки и теперь вынуждена оперативно перестраиваться?

– На новом этапе развития Россия не создавала новые производства на Украине. Но наша история – это одна страна – СССР. Напомню, что советская промышленность выстраивалась таким образом, что производства размещались по всей стране, и каждая республика была задействована в промышленных циклах. Иными словами, все территории работали, в том числе и южные субъекты, которые не располагали высокотехнологичной промышленностью. Тем не менее государство принимало решения,  и там строились крупнейшие заводы. После распада СССР заводы остались на территории бывшей Украинской ССР. Технически быстро невозможно разорвать работающие  производственные циклы. Поэтому, воспринимая Украину как партнера, Россия  продолжала с ней работать, поддерживая  экономику Украины и сохраняя рабочие места. Но в то же время Россия плавно переводила производства на свои предприятия уже с учетом модернизации.

Тот разрыв, который произошел между странами, случился на минимальном уровне зависимости России от поставок с Украины, поэтому у нас «украинская» программа по импортозамещению более короткая  и рассчитана на 1,5-2 года.

Новые изделия  «украинской линейки» мы делали уже на российских мощностях.

– Сегодня выходит на новый уровень рынок стран ЕАЭС, набирают влияние ШОС и БРИКС. Будет ли молодежь из этих стран приглашаться к участию в проекте «Технодоктрина»?

– Политика России, как глобального игрока,  нацелена  на расширение сотрудничества и с ЕС, и с Канадой, и с США, и со странами АТР, БРИКС. Мы не отгораживаемся от мирового сообщества никакими стенами и эмбарго. 

Сегодня азиатская повестка и повестка стран ЕАЭС продиктована ходом геополитических вызовов,  все участники должны ориентироваться на созидательный курс внешней политики, а проект «Технодоктрина», выходя на международный уровень, заложит фундамент по укреплению международных связей на будущие поколения.

Ната Марк,
ТПП-Информ